Декабристы на Кавказе: Первые русские штрафники
Сумрачным морозным полднем 14 декабря (по старому стилю) 1825 года жестокий картечный огонь батареи «единорогов» поставил кровавую точку в споре наскоро провозглашенного царём Николая I и вольнодумцев, желавших крупных перемен в крепостнической России. Диссидентов того лихого времени стали называть декабристами…
Участники декабрьского восстания 1825 года искупали свою вину в войне с горцами
Декабрьское восстание 1825 года с самого начала стало терпеть поражение. Предупреждённый предателями из дворян-заговорщиков — Дибичем и Ростовцевым новоявленный император не стал искушать судьбу. По его повелению престарелых сенаторов из правительства заранее привезли в Сенат, где они после недолгих споров в ночь на 14 декабря признали законность его императорской власти и к утру присягнули новому монарху.
Расстрел на Сенатской площади
Мятежное утро уже начиналось, а полки восставших прибывали медленно. Первым привёл 800 лейб-гвардейцев Московского полка штабс-капитан Александр Бестужев. Восставшие построились в каре вокруг памятника Петру I и приготовились к бою.
За ними к 11 часам подошли лейб-гренадёры и матросы Гвардейского экипажа — всего около 3 тысяч человек. Время восставших быстро уходило — избранный диктатором князь Трубецкой, узнав, что правительство присягнуло царю, передумал быть диктатором и не явился, считая, что дело проиграно. Избранный наконец к 4 часам дня, всего за час до разгрома восстания, диктатором князь Оболенский был уже бессилен что-либо сделать. В темноте наступающей ночи из рядов войск, стоявших на стороне императора, начались перебежки к восставшим. Делегаты просили декабристов продержаться до ночи.
Вначале перетрусивший император наконец взял себя в руки, так как более всего желал, чтобы «волнение не сообщилось черни». Сидя верхом на лошади и стуча зубами от холода и страха, он приказал полковнику Сухозанету расстрелять восставших картечью.
Вскоре Сенатскую площадь покрыли трупы убитых и ещё стонавших раненых солдат. Полицмейстер Петербурга Шульгин, получивший от царя приказ очистить к утру улицы и площадь, распорядился сбросить убитых и раненых под лёд Невы, выдолбить огромные замёрзшие лужи крови и засыпать места их нахождения снегом.
По велению императора
Несломленные гвардейцы
Журнал: Загадки истории №44, октябрь 2019 года
Рубрика: Дворцовые тайны
Автор: Михаил Андреев
«Буйные горцы»: что декабристы хотели сделать с кавказцами
«Русская правда» для народов Кавказа
Взамен коренного населения Пестель предлагал завезти на Кавказ русских переселенцев, которые получили бы землю, ранее принадлежавшую «буйным» горцам. В конечном счёте Кавказ должен был превратиться в «спокойную и благоустроенную область русскую».
Доподлинно неизвестно, какие именно народы декабрист относил к «буйным», а какие к «мирным». Однако в целом «переселение» по проекту Пестеля очень напоминало то, что в 1940-х годах с горцами проделал Сталин. Тогда на карте Северного Кавказа действительно появилась русская по национальному составу Грозненская область. Отметим, что отношение к кавказцам у Пестеля было особенно жёстким. Для других народов Российской империи «Русская правда» не предусматривала однозначной депортации (с евреями планировалось «прийти к соглашению», а цыган – обратить в православие). По-видимому, это объяснялось тем, что ко времени написания текста Кавказская война шла уже несколько лет, и российское дворянство несло в ней большие потери.
Декабристы на Кавказе
«Поближе познакомившись с удивительно красивым краем, с жизнью его обитателей, увидев воочию жестокие действия царских войск (зачастую – бессмысленно жестокие), они начинали по-другому смотреть на горцев и сочувствовать их освободительной борьбе», — утверждается в статье исследователей из Академии наук Чеченской республики «Кавказская тематика в сочинениях декабристов».
Добавить комментарий
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
«. Стремясь убрать из своего генетического кода следы принадлежности к русской нации, гребенские казаки предпочитали создавать семьи с пленёнными турчанками, а также брать в жёны ногаек, черкешенок, ингушек или татарок. «еще немного и ярлык желтой прессы прочно будет пришит к воротничку семерки
Декабристы на Кавказе
190 лет назад, 14 декабря 1825 г., на Сенатской площади в Санкт-Петербурге произошло восстание декабристов. После его разгрома к следствию по делу было привлечено 579 человек. О том, как осуждены участники восстания, повествуется в февральском номере журнала «Русская старина»:
— Из 121 декабриста, осужденного Верховным судом, 36 были казнены, остальные приговорены к различным срокам каторжных работ и ссылке, разжалованы в солдаты. 120 человек наказаны без суда, по личному указанию Николая I были заключены в крепости, разжалованы в солдаты, высланы, отданы под надзор полиции. Позже император проявил «милость» и некоторым, отбывавшим каторгу или находившимся на поселении в Сибири, «повелел заменить холодную Сибирь на теплый Кавказ».
В то время Северный Кавказ не был обжит. Продолжалась затянувшаяся Кавказская война. Служба в войсках Отдельного Кавказского корпуса, состоящего из Кавказской и Черноморской линий, была трудной, особенно в плохо обустроенных черноморских береговых укреплениях.
В этой обстановке с 1826 г. в войска корпуса стали прибывать ссыльные декабристы. Уже к 1827 году в войсках на Кавказе числилось более 2800 ссыльных солдат-декабристов. Что касается офицеров-декабристов, то некоторые сразу после суда разжалованы и сосланы на Кавказ, других — из отправленных в «дальние гарнизоны», приказано было перевести рядовыми в полевые полки Кавказского корпуса.
Декабристы, прибывшие в Отдельный Кавказский корпус под командованием генерала А. П. Ермолова, встретили здесь теплый прием со стороны близких им по духу «ермоловцев», так как такой пример подавал сам генерал.
Однако служба для декабристов на Кавказе была очень опасной и сложной: кроме постоянных боевых столкновений с горцами, тяжелых природных условий и неустроенного быта, по требованию императора полковые командиры ежемесячно должны докладывать военному министру об их службе и поведении.
В 1827 г. генерал Ермолов был отстранен от командования Отдельным Кавказским корпусом, но «ермоловский дух» поддерживался среди военных. Явное же улучшение службы декабристов наступило с назначением командующим корпуса генерал-лейтенанта А. А. Вельяминова (1831 — 1838 гг.), который постоянно был внимательным, доброжелательным к декабристам, готовым оказать им помощь.
Следует отметить, что декабристы, участвующие в боевых действиях на Кавказе, находились в двойственном положении: с одной стороны – исполнение воинских обязанностей и необходимость участия в борьбе с горцами, с другой – их личный гуманизм, свободолюбие и свободомыслие. «Признаюсь, — писал В. С. Норов, — я шел в бой за дело, которое мне было совершенно чуждо… Я был тем более далек от того, чтобы считать горцев своими врагами, я всегда восторгался их героическим сопротивлением».
Декабристы являлись выразителями не только прогрессивных политических воззрений, но и передовых военных идей своего времени. Они отличались высоким уровнем военно-теоретической подготовки и большим практическим опытом. В службе на Кавказе они проявляли военное искусство и демонстрировали в сложных горных условиях высокие образцы боевого мастерства. Среди солдат они показывали примеры отваги, смелости, готовности к взаимной выручке, что давало возможность им сблизиться с солдатской массой, найти путь к солдатскому сердцу. Офицеры-декабристы видели в солдате человека, гражданина, сына народа — это качество отличало их от большинства других командиров русской армии.
Жизнь и служба практически всех декабристов на Кавказе была одинаково сложна и трагична. Разжалованные декабристы, принимая участие в боях с горцами, проявляя храбрость, смелость, выносливость, не имели шансов на выслугу, так как их боевые отличия к наградам и повышению в звании фактически не рассматривались. Лишь 20 сентября 1835 г. Военным министерством издан приказ «О дозволении употребить в экспедиции противу горцев, находящихся в Кавказском Отдельном корпусе, лиц, прикосновенных к возмущению 14-го декабря 1825 г.». С этого момента у декабристов появилась надежда получить за боевые отличия низший офицерский чин прапорщика и, спустя некоторое время, если проявит благоволение император, выйти в отставку и живым вернуться домой.
Декабристы своим здоровьем и кровью старались заслужить это право на возвращение, но жизненный путь многих так и закончился на Кавказе. В боях с горцами здесь погибли: И. Бурцев, Б. Бодиске, А. Берстель, В. Лихарев, А. Войнилович, А. Миклашевский, А. Бестужев-Марлинский, многие умерли от ран и болезней.
В Дербентский гарнизонный батальон прибыл сосланный сюда по Высочайшему приказу поручик лейб-гвардии Измайловского полка Иван Гудима. Ему приписывалось участие в делах тайного декабристского общества, но в ходе следствия это не подтвердилось. Через два года он умер и был похоронен в Дербенте.
Александр Александрович Бестужев (псевдоним Марлинский), русский писатель, был осужден по Первому разряду и по конфирмации 10 июля 1826 г. приговорен на каторжные работы на 20 лет. В 1829 г. сослан рядовым на Кавказ, в Дербентский гарнизонный батальон. Своими произведениями Бестужев-Марлинский в короткое время приобрёл огромную известность и популярность у русской читающей публики. За участие в боевых действиях произведен в унтер-офицеры и отправлен в один из Черноморских линейных батальонов в Гаграх. Погиб в стычке с горцами на мысе Адлер, тело его не было найдено.
В образе декабристов освободительные идеи соединялись с их высокими моральными качествами, они желали мирного присоединения Кавказа к России. Писатель-декабрист А. А. Бестужев-Марлинский, хорошо знавший жизнь и обычаи на Кавказе, написал: «Дайте Кавказу мир и не ищите земного рая на Ефрате. Он здесь». В этих словах Александра Александровича есть что-то символичное, предсказывающее и завещающее нам, будущим жителям этого благодатного края, чтобы мы берегли его историческое наследие и сохраняли эту неповторимую красоту природы.
Декабристы на Кавказе
Следствие и суд над декабристами
Создан следственный комитет- 147 прошло заседаний; 579чел привлечены из них 289 виновные, 137 к верх уголовному суду ; 13 июля 1826 казнь над декабристами; Часть отправлена на Кавказ, сосланы в Сибирь(ссылка декабристов); Большинство декабристов разжалованы в солдаты. Принимали участие на Кавказе в войне с ираном, турцией. Становились участниками военных действий.
1826-1848 сылались декабристы на Кубань
1837 Черкасов, Норыжкин,Лихарев,Адоевский
1839 бр. Беляевы,Ордынский
Кавказ стал новым местом ссылки декабристов потому, что в те годы шли войны с Турцией, Ираном, а также царское правительство не хотело допустить присутствия вольнодумцев в крупных городах и столице России. Декабристы пребывали под пристальным наблюдением, им воспрещалось встречаться друг с другом, быть вхожим в общество знакомых офицеров. Проверялась их переписка по личному предписанию царя.
Тяжелые походы, болезнь, жизнь под постоянным полицейским надзором подорвали его здоровье. Погиб А. Бестужев-Марлинский в одном из боев на Адлеровском мысу.
Трагична судьба и А. Одоевского (1802-1839). Он был членом Северного общества и в день восстания одним из первых явился на Сенатскую площадь. Обвинен и в «умысле бунта, и в личном участии в мятеже с пистолетом в руках». Приговорен к 15-летней каторге, а в 1835 году направлен рядовым в кавказский корпус. К этому времени имя Одоевского получило широкую известность в России. Ему принадлежит ответ на «Послание в Сибирь» А. Пушкина. Служил поэт-революционер во многих местах Кавказа. Находясь в Лазаревском форте, он тяжело заболел лихорадкой. Здоровье и без того было подорвано в казематах тюрем, в сибирской ссылке. Не выдержав тяжелой болезни, Одоевский умер в августе 1839 года.
Декабристы своим здоровьем и кровью старались заслужить это право на возвращение, но жизненный путь многих так и закончился на Кавказе. В боях с горцами здесь погибли: И.Бурцев, Б. Бодиске, А. Берстель, В.Лихарев, А. Войнилович, А. Миклашевский, А. Бестужев-Марлинский, многие умерли от ран и болезней.
Войти на сайт с помощью
Декабристы на Кавказе
Как известно, восстание декабристов, произошедшее 14 декабря 1825 года на Сенатской площади в Петербурге, стало настоящим вызовом существовавшему строю. Однако заговор был беспощадно подавлен. Русский император Николай I жестоко расправился с участниками восстания. Сотни и сотни человек погибли 14 декабря, из них так называемой «черни» – более половины. Результатом расследования стали пять смертных приговоров. М. Бестужева-Рюмина, П. Пестеля, К. Рылеева, П. Каховского и С. Муравьева-Апостола приговорили к четвертованию, замененному повешением. Казнь над декабристами совершалась ночью – тайно. На рассвете тела казненных декабристов тайком увезли на остров Голодай (ныне остров Декабристов), где в 1939 г. в память о них был сооружен обелиск.
Множество декабристов были сосланы в Сибирь, на каторгу. А. Пушкин, которого со многими декабристами связывала личная дружба и который с волнением следил за ходом следствия, потрясенный приговором, писал в письме к поэту П. Вяземскому: «Повешенные повешены, но каторга 120 друзей, братьев, товарищей – ужасна».
Как известно, восстание декабристов, произошедшее 14 декабря 1825 года на Сенатской площади в Петербурге, стало настоящим вызовом существовавшему строю. Однако заговор был беспощадно подавлен. Русский император Николай I жестоко расправился с участниками восстания. Сотни и сотни человек погибли 14 декабря, из них так называемой «черни» – более половины. Результатом расследования стали пять смертных приговоров. М. Бестужева-Рюмина, П. Пестеля, К. Рылеева, П. Каховского и С. Муравьева-Апостола приговорили к четвертованию, замененному повешением. Казнь над декабристами совершалась ночью – тайно. На рассвете тела казненных декабристов тайком увезли на остров Голодай (ныне остров Декабристов), где в 1939 г. в память о них был сооружен обелиск.
Множество декабристов были сосланы в Сибирь, на каторгу. А. Пушкин, которого со многими декабристами связывала личная дружба и который с волнением следил за ходом следствия, потрясенный приговором, писал в письме к поэту П. Вяземскому: «Повешенные повешены, но каторга 120 друзей, братьев, товарищей – ужасна».
Немало декабристов оказалось и в Кавказской ссылке. Еще до 14 декабря 1825 года Кавказ привлекал многих будущих декабристов. Их поражала красота этих мест, интересовали свободолюбивые народы, живущие здесь. Некоторые декабристы служили в Кавказских войсках.
С 1818 года в Нижегородском драгунском полку служил капитан Александр Иванович Якубович (1792 – 1845), будущий декабрист. В 1920 году он участвовал в военных действиях на территории нынешних Кабардино-Балкарии, Адыгеи, Карачаево-Черкесии, где изучил нравы народов Северного Кавказа, оценил воинскую доблесть и свободолюбие. О Якубовиче ходили легенды, кавказские джигиты искали его дружбы и гордились быть его кунаком. Обладая литературным талантом, А. Якубович был знаком с сородичами лермонтовского Измаил-Бея. Особую ценность представляет его статья «Отрывки о Кавказе», где он с большой симпатией отзывается о местном населении, называя его народом свободолюбивым, храбрым, трудолюбивым: «…отличные 
стрелки из ружей, скотоводством и земледелием занимаются, сама природа своими красотами возвышает силы горцев, внушает любовь к жизни и пробуждает благороднейшие страсти». Ведь Кавказ для декабристов был не только экзотическим уголком природы, но и «приютом свободолюбия».
После декабрьского восстания Александр Якубович был сослан в Сибирь на каторгу. Умер в 1845 г. в г. Енисейске.
На Кавказе провел остаток своей жизни поэт-декабрист Александр Иванович Одоевский (1802 – 1839), автор стихотворения «Струн вещих пламенные звуки» – ответа на стихотворное послание декабристам «В Сибирь» А. Пушкина. После десяти лет каторги и ссылки в Сибири по приказу царя он был отправлен рядовым в действующую армию на Кавказ. Вместе с другими декабристами Лорером, Нарышкиным и Черкасовым Одоевский прибыл в Ставрополь в октябре 1837 г. При въезде в город опальные странники увидели стаю журавлей, летящих на юг, и А. Одоевский приветствовал их стихотворением, ставшим одним из замечательных произведений декабризма: «Куда несетесь вы. крылатые страницы?».
В Ставрополе началась дружба Одоевского с М. Лермонтовым, который приехал сюда в октябре 1837 года. В «Герое нашего времени» Михаил Юрьевич писал: «Я встретил друзей в городе «С». Именно тогда Лермонтов так хорошо узнал всю человеческую красоту Одоевского. И когда в 1839-м жизнь декабриста оборвалась из-за болезни, великий поэт написал стихотворение памяти А. И. Одоевского: «…В нем тихий пламень чувства не угас: Он сохранил и блеск лазурных глаз, И звонкий детский смех, и речь живую, И веру гордую в людей и жизнь иную»…
В 1859 году смотрителем минеральных вод в Кисловодске служил Александр Николаевич Сутгоф (1801 – 1872), один из самых активных декабристов во время восстания 14 декабря 1825 года. Когда в ходе восстания стало ясно, что всё погибло, солдаты пытались укрыть Сутгофа, но он до конца остался с ними. По определению суда после шестимесячного предварительного заключения в Петропавловской 
крепости он был причислен к преступникам первого разряда, разжалован и присужден к смертной казни через отсечение головы – кроме него к этому разряду было отнесено еще 30 человек, но это наказание по высочайшей конфирмации были заменено бессрочными каторжными работами. Два года в кандалах на Нерчинских рудниках и 13 лет на Петровском заводе в Иркутской области… В 1939-м он вышел в разряд поселенцев без всякой надежды возвратиться на родину.
В 1848 году по ходатайству матери Александр Сутгоф был определён рядовым в Кубанский егерский полк Кавказского отдельного корпуса, где дослужился к концу 1854 года до звания прапорщика. По манифесту об амнистии 26 августа 1856 года был восстановлен в прежних правах; 30 декабря 1857 года был переведён в 6-й резервный батальон Кубанского пехотного полка, расположенный в Екатеринославской губернии. В 1859 году кавказским наместником князем Барятинским Сутгоф был приглашён в управляющие минеральными водами, сначала Кисловодскими, а потом Боржомскими, где исправлял, кроме того должности воинского начальника, управляющего казённым Боржомским имением, лесничего и смотрителя Боржомского дворца. Умер Александр Николаевич в Боржоми и был похоронен в ограде местной церкви.
Дворянин Алексей Васильевич Веденяпин (1804 – 1847) после восстания был приговорен к лишению чинов с написанием в солдаты с выслугою. Его определили рядовым в Верхнеуральский гарнизонный батальон, но вскоре перевели на Кавказ. Он был зачислен в 42-й егерский полк, участвовал в русско-персидской и русско-турецкой войнах в 1827-1829 гг. В октябре 1829-го Веденяпина перевели на Северный Кавказ в Тенгинский пехотный полк, штаб-квартира которого с 1830 года была в крепости Темнолесской на горе Стрижамент. С 1830 по 1832 год полк нёс кордонную службу по правому берегу реки Кубань в Усть-Джегутинском укреплении на Ямановском посту Баталпашинского кордонного участка.
Но состояние здоровья Веденяпина ухудшилось. В 1832 году он вынужден был 
лечиться в Пятигорске. Не получив облегчения от приёма серных ванн в Пятигорске, Веденяпин в начале 1833 года стал хлопотать об отставке. 19 июля 1833 года он покинул Кавказ, не имея права въезжать в обе столицы…
Среди декабристов, служивших солдатами в Кавказском отдельном корпусе, обращает на себя внимание яркая фигура Константина Густавовича Игельстрома (1799 – 1851). В декабре 1825 года он организовал выступление Литовского пионерного батальона. Военным судом был приговорён к смертной казни через повешение, но по высочайшей конфирмации после лишения чинов и дворянства подлежал ссылке в каторжные работы сроком на 10 лет с последующим поселением в Сибири. Только в 1836 году в виде «высочайшей милости» Игельстрому разрешено было поступить рядовым на службу в Кавказский отдельный корпус, прибывший в Ставрополь. Через два года за участие в военной экспедиции Игельстрома произвели в прапорщики.
В 1837 году по пути в Ставрополь в крепость Прочный Окоп к нему заехал поэт М. Лермонтов. В доме декабриста М. Нарышкина, который стал приютом для всех сосланных на Кавказ участников восстания, бывших в крепости, состоялась встреча Игельстрома с Лермонтовым.
В 1838 году, когда Константина Игельстрома вновь произвели в офицеры, его брат командующий Хоперского казачьего полка майор Александр Густавович Игельстром добился у императора согласия на перевод декабриста по службе в станицу Баталпашинскую, где находился штаб полка. Два года Константин Игельстром проводил горные сапёрные работы на территории нынешней Карачаево-Черкесии. Вместе с братом руководил прокладкой первой колесной дороги от Баталпашинской до Хумаринского укрепления. Под его руководством на кордонной линии проводились инженерные работы, осуществлялось строительство Усть-Джегутинского и Хумаринского военных укреплений. Были построены колесные дороги из Хумаринского ущелья к Хумаринскому укреплению и по реке Шупчурук. В 1840 году по ней впервые были доставлены на 
Ставропольскую ярмарку 95 пудов Хумаринского каменного угля, залежи которого были открыты в 1829 году. Благодаря построенной Игельстромом дороге стало возможным доставлять из угольных копей Хумары топливо для казенных учреждений в Ставрополе, Георгиевске, Пятигорске и в других городах Ставропольской губернии.
Выйдя в начале 1843 года в отставку в чине поручика с воспрещением въезда в обе столицы и учреждением секретного полицейского надзора в месте жительства в Гродненской или Харьковской губернии, он жил в станице Каменской и был управляющим Донецкими питейными сборами. Позже ему было разрешено проживать во всех губерниях России, кроме столиц. И в 1847-м он поселился в Таганроге, служил на таможне. В 1851-м Игельстром умер в возрасте 52 лет…
Думается, память Константина Игельстрома следовало бы увековечить в Карачаево-Черкесии, установив мемориальную доску у дороги, в разработку которой им было вложено немало труда и знаний. Можно было бы назвать эту дорогу «Игельстромовской».
Ю. ТЛИСОВ,
кандидат исторических наук, доцент.
НА СНИМКАХ: Александр Иванович Якубович; Александр Иванович Одоевский; Александр
Николаевич Сутгоф; Алексей Васильевич Веденяпин; Константин Густавович Игельстром.
