Клиническая эффективность новой формы римантадина у детей «групп риска» тяжелого течения гриппа и острых респираторных заболеваний
Несмотря на очевидные научные достижения и противоэпидемические мероприятия, врачи, эпидемиологи и организаторы здравоохранения вынуждены констатировать, что острые респираторные вирусные инфекции (ОРВИ) и грипп остаются до сих пор плохо контролируемыми и
Несмотря на очевидные научные достижения и противоэпидемические мероприятия, врачи, эпидемиологи и организаторы здравоохранения вынуждены констатировать, что острые респираторные вирусные инфекции (ОРВИ) и грипп остаются до сих пор плохо контролируемыми инфекциями. Это объясняется полиэтиологичностью возбудителей, отсутствием вакцин (за исключением гриппа) для специфической профилактики, массовостью заболеваний, смешанным характером инфекций, изменчивостью антигенных свойств вирусов и развивающейся резистентностью к препаратам.
Суммарный экономический ущерб от заболеваемости гриппом и ОРВИ в России, по оценке специалистов, составляет в последние годы не менее 40 млрд. рублей ежегодно. С ОРВИ связано 30–50% потерь рабочего времени у взрослых и 60–80% пропусков школьных занятий у детей, до 80% всех случаев острых респираторных заболеваний (ОРЗ) приходится именно на часто болеющих детей. В детских стационарах частота перекрестной инфекции респираторными вирусами может достигать 40–80% [1].
ОРВИ составляют более половины всех острых заболеваний. Наиболее уязвимыми группами риска являются «часто болеющие дети», переносящие в течение года от 6 до 12 эпизодов респираторной заболеваемости и дети с хронической, в частности сердечно-сосудистой, патологией, где высоки частота вторичной иммуносупрессии, рецидивирующей и хронической бронхолегочной и ЛОР-патологии.
Можно констатировать, что, хотя 90–95% инфекций верхних дыхательных путей вызвано вирусами и только 5% — бактериями, в 75% случаев пациентам назначаются антибиотики [2]. При этом данные о целесообразности использования антибиотиков при ОРВИ неоднозначны. Известно, что антибиотики синтетического происхождения против вирусов бесполезны и не рекомендуются [3]. Установлено, что антибактериальная терапия при вирусной инфекции не влияет на длительность заболевания, динамику основных клинических симптомов, выраженность постинфекционного астенического синдрома, состояние здоровья пациента.
Антивирусные препараты являются соединениями природного и/или синтетического происхождения, обладающими этиотропным действием и применяемыми для лечения и/или профилактики вирусных инфекций. Данная группа включает противовирусные химиопрепараты, интерфероны и индукторы интерферона. Противовирусные препараты, применяемые при ОРВИ, можно разделить на две группы: специфического (например, осельтамивир (Тамифлю) для лечения гриппа, паливизумаб (Синагис) для лечения РС-вирусной инфекции) и широкого действия, назначаемые при ОРВИ любой этиологии (препараты рекомбинантного альфа-интерферона, в т. ч. лейкоцитарный назальный интерферон, Реаферон, Виферон; индукторы интерферона, такие как Арбидол, Циклоферон, Неовир, Амиксин).
Орвирем был разработан НИИ гриппа (Санкт-Петербург) совместно с другими организациями РАМН с целью расширения показаний применения римантадина у детей. Он представляет собой полимерный препарат прочного солевого комплекса римантадина с полимерным природным соединением — альгинатом натрия. Присутствие альгината натрия значительно изменило фармакологические свойства римантадина в Орвиреме, по сравнению с обычным римантадином. Входящий в состав препарата низкомолекулярный модифицированный альгинат натрия, выполняя функцию полимерной матрицы, обладает адсорбирующими и дезинтоксикационными свойствами, что способствует его антитоксической активности.
В данной фармакологической форме римантадин высвобождается не сразу, что дает постепенное и продолжительное его поступление в кровь, пролонгированную циркуляцию его в организме, постоянную концентрацию препарата в крови, улучшается фармакокинетика и механизм действия препарата, который в настоящий момент хорошо изучен. Орвирем предназначен для детей от одного года и позиционируется для лечения гриппа А. Однако уже в процессе предрегистрационного изучения (НИИ гриппа, Санкт-Петербург, проф. Дриневский В. П., 2000) была установлена его эффективность и безопасность в терапии и других ОРВИ. Исследования препаратав период 2003–2004 гг. проводили: Институт вирусологии имени Д. И. Ивановского РАМН РФ, Москва; ГУ Всесоюзный научно-исследовательский институт гриппа, Санкт-Петербург; кафедра детских инфекционных болезней РГМУ, Москва.
Экспериментальные исследования показали избирательное взаимодействие Орвирема с трансмембранным вирусным белком М2, выполняющим функцию протонного насоса. Препятствуя понижению рН эндосом, препарат блокирует слияние оболочки вируса с мембранами эндосом и предотвращает, таким образом, передачу вирусного генетического материала в цитоплазму клетки. В результате угнетение выхода вирусных частиц из клетки прерывает транскрипцию генома вируса (рис. 1). Подавление репродукции вируса гриппа Орвиремом сопровождается индукцией интерферона, второго уровня защиты, что позволяет усилить химиотерапевтическое действие препарата и предотвратить развитие наиболее тяжелых осложнений гриппа: ларингита и пневмонии [4, 5].
Вышеизложенное объясняет наш интерес к Орвирему и явилось предпосылкой клинического изучения эффективности данного препарата в качестве этиотропного противовирусного и противовоспалительного средства в ДИКБ № 6 УЗ САО г. Москвы (на клинической базе педиатрического факультета РУДН) у детей, госпитализированных по поводу острых респираторных вирусных заболеваний, в том числе у детей с сопутствующими врожденными пороками сердца, госпитализированных в открытое здесь с 2004 года первое в России отделение инфекционной кардиологии. Данная категория пациентов документировано имеет вторичную иммунологическую недостаточность, что способствует персистенции респираторных вирусов, причастных к развитию миокардита, тонзиллогенных заболеваний сердца эндотелиальной дисфункции и других осложнений, включая риск раннего атерогенеза. По современным представлениям, острый бронхиолит, как одна из форм ОРВИ, особенно опасен для детей с врожденными пороками сердца (ВПС), 18% которых умирают от острого бронхиолита [6–9].
Прекращение рецепции и репликации вируса имеет важное значение для профилактики развития «инфекционного сердца», обратимого, транзиторного (не более 2–4 суток), коронарогенного расширения границ сердца с явлениями недостаточности кровообращения, наблюдаемого в активной фазе острых инфекций, чаще при гипертермии, утяжеляющего заболевания и особенно опасного для детей с пороками сердца. Кроме того, возможное обострение очаговой хронической инфекции на фоне ОРВИ у детей с пороками сердца существенно увеличивает риск развития инфекционного эндокардита. Все это обусловило наш интерес к этиотропным препаратам для лечения гриппа и ОРВИ, ранее редко использовавшимся в стационаре.
Целью настоящего исследования явилась оценка эффективности Орвирема в терапии среднетяжелых и тяжелых (осложненных) форм острой респираторной патологии у детей в условиях инфекционного педиатрического стационара.
Материалы и методы
Проведено открытое двойное слепое рандомизированное исследование. Основную группу составили 50 «часто болеющих» детей от 1,3 до 7,5 лет (средний возраст 4,5 ± 1,5 года), включая 19 детей с ВПС. Общее число интеркуррентных заболеваний с обострением хронических очагов ЛОР-патологии было у каждого их них не менее 6–7 раз в год. Дети поступали в стационар в 1–3 сутки заболевания, из них 50% на первый день болезни, с катаральными явлениями, интоксикацией и фебрильными подъемами температуры (табл. 1).
Критериями включения детей в основную группу являлись наличие симптомов ОРЗ, интоксикация и фебрильные подъемы температуры, первые 3 дня заболевания, отсутствие антибактериальной, противовирусной и иммуномодулирующей терапии до госпитализации. При оценке тяжести течения использовались принятые критерии тяжести ОРВИ, а именно: выраженность синдрома интоксикации и синдрома поражения респираторного тракта. Легкой формой считали слабо выраженный синдром интоксикации, температуру тела не более 38–38,5 °С; среднетяжелой формой — умеренно выраженную интоксикацию с температурой тела 39–39,5 °С, умеренно выраженными местными изменениями; тяжелая (токсическая) форма характеризовалась наличием нейротоксикоза, менингеального, энцефалитического, судорожного синдромов, выраженной интоксикации, первично возникающих тяжелых местных осложнений, геморрагического синдрома.
На основании данных критериев среднетяжелое течение было диагностировано у 29 детей (58%) и тяжелое у 21 ребенка (42%) детей основной группы (табл. 2).
Контрольную группу составили 30 детей идентичного возраста со сходной патологией, госпитализированные в ДИКБ № 6 УЗ САО г. Москвы, получавшие с момента поступления с 1–3 дня заболевания только симптоматическую терапию и/или антибактериальное лечение.
Основные клинические симптомы при поступлении в стационар в основной и контрольной группах были сопоставимы (табл. 3). При раннем поступлении и неосложненных формах ОРВИ 21-му ребенку основной группы назначался только Орвирем в качестве монотерапии с момента госпитализации в стационар в дозе: детям 1–3 лет по 2 ч. л. (10 мл) 3 раза в день на 1-й и 2-й день заболевания, 2 раза в день на 3-й и 1 раз в день на 4-й день болезни. Детям 3–7 лет в дозе по 3 ч. л. (15 мл) 3 раза в день на 1-й и 2-й день заболевания, 2 раза в день на 3-й и 1 раз в день на 4-й день болезни. Детям с исходно осложненными (бронхитом, пневмонией, острым тонзиллитом, отитом) формами ОРВИ, преимущественно в возрасте до двух лет, и детям с ВПС и недостаточностью кровообращения Орвирем назначался на фоне антибактериальной терапии (Цефазолин, Сумамед) в возрастных дозировках (n = 29). Дети осматривались ЛОР-врачом на первые, пятые, седьмые и десятые сутки лечения. Идентификация возбудителей ОРВИ (вирусов гриппа А и В, вирусов парагриппа, аденовируса, РС-вируса, микоплазмы пневмонии) проводилась методами иммуноферментного анализа (ИФА) и полимеразной цепной реакции (ПЦР) по принятым стандартам.
Результаты исследования
При оценке данных вирусологического исследования, проведенного в первые 24 ч с момента поступления в стационар у 22 детей основной группы (в 44% наблюдений) и у 14 детей контрольной группы (в 46,7% наблюдений) были идентифицированы возбудители респираторных инфекций. Возбудители идентифицированы не были у 28 детей основной группы (56%) и 16 детей контрольной (53,7%).
Анализ частоты положительных результатов вирусологического исследования в основной и контрольной группах, а также характера основных клинических проявлений респираторного заболевания в зависимости от вида возбудителя показал полную сопоставимость групп сравнения для последующего анализа эффективности терапии.
Как следует из рис. 2, рис 3, в целом на фоне терапии Орвиремом интоксикационный и катаральный синдром регрессировали существенно быстрее и у большего числа пациентов основной группы по сравнению с контрольной. Лихорадочный период сокращался в среднем до 12–48 часов, уменьшение других симптомов интоксикации (слабость, адинамия, потливость) наблюдалось в среднем к 2–3 суткам приема препарата. Катаральные явления, ринит и кашель достаточно быстро ликвидировались в течение 2–4 суток у 50% больных основной группы.
За период наблюдения у пациентов основной группы, получавших Орвирем, ни в одном случае не было отмечено вновь возникших бактериальных осложнений и обострений хронической очаговой инфекции.
В контрольной группе больных с идентичной симптоматикой динамика реконвалесценции отставала по срокам и выраженности, несмотря на использование современных антибактериальных средств, в 5% наблюдений отмечено обострение хронической очаговой инфекции (хронического тонзиллита) или бактериальных осложнений (бронхит, пневмония).
Выраженность катарального и интоксикационного синдромов оценивалась в условных баллах от «0» (при отсутствии симптомов) до «5» (при их максимальной выраженности) по суммарной выраженности их клинических составляющих (лихорадка, вялость, гиподинамия, воспалительные изменения со стороны слизистых рото- и носоглотки, кашлевой синдром и др.).
Анализ динамики интоксикационного и катарального синдромов в основной группе на фоне терапии Орвиремом в зависимости от вида возбудителя показал достаточно высокую эффективность при гриппе А, в соответствии с аннотацией препарата, однако сопоставимая высокая эффективность была подтверждена в случаях аденовирусной, РС-вирусной и микоплазменной инфекций.
Анализ динамики интоксикационного и катарального синдромов в основной группе на фоне терапии Орвиремом показал тенденцию к более быстрой ликвидации симптомов у пациентов с положительными результатами вирусологического исследования. Это, с большой вероятностью, позволяет считать, что в этиологии ОРЗ у детей с отрицательными результатами вирусологического исследования могли иметь значение бактериальная и атипичная микрофлора и другие (не изучавшиеся в данном исследовании) вирусные агенты.
Проведенные исследования показали, что в педиатрической практике Орвирем достаточно эффективен для монотерапии и комплексной терапии катарального и интоксикационного синдромов ОРВИ, для профилактики осложнений, ускорения реконвалесценции, сокращения сроков пребывания в стационаре (рис. 4).
Таким образом, помимо ранее декларированной для гриппа А, достаточная эффективность Орвирема отмечена для РС-вирусной, микоплазменной и аденовирусной инфекций, а также для гриппа В и для смешанной вирусно-бактериальной этиологии респираторных инфекций.
Наши исследования показали, что на фоне лечения Орвиремом в основной группе существенно реже, чем в контрольной группе, отмечались обострения хронической очаговой ЛОР-патологии в виде хронического тонзиллита и ринофарингита (соответственно у 10% и 30% больных детей). Таким образом, применение Орвирема уменьшало показания к назначению дорогостоящих симптоматических средств (в частности, бронхолитиков), уменьшало полипрагмазию. Орвирем хорошо переносился детьми, его прием не сопровождался аллергическими реакциями и иным побочным действием.
Современные подходы к диагностике и лечению герпесвирусных инфекций
Герпеcвирусная инфекция относится к числу наиболее соци
Герпеcвирусная инфекция относится к числу наиболее социально значимых заболеваний, что обусловлено высокой восприимчивостью человека к вирусам герпеса и ежегодным ростом числа больных герпесвирусными инфекциями как за рубежом, так и в России, опережающим естественный прирост населения [1, 4, 16]. Согласно данным серологического обследования около 90% всего населения планеты инфицировано одним или несколькими серотипами вируса простого герпеса (ВПГ). За последние 5 лет прирост зарегистрированных случаев по отдельным формам герпесвирусной инфекции составляет 90%, причем рост инфекции характерен в группе лиц в возрасте 20–40 лет. Рецидивирующими формами заболевания страдают от 25 до 30% инфицированных людей, у 30% инфекция обнаруживается в субклинической и латентной форме. Особенностями современного течения герпесвирусной инфекции являются длительно рецидивирующий характер заболевания, нередко атипичная клиническая картина, появление штаммов возбудителей, устойчивых к стандартным лекарственным препаратам [2, 12].
Анализ ежегодной заболеваемости в России показал, что генитальный герпес, по данным государственных кожно-венерологических учреждений, выявляется у 20% взрослого населения. За период 2000–2004 гг. показатель заболеваемости генитальным герпесом по Москве увеличился в 6 раз, по Московской области — в 2 раза [4]. Генитальный герпес встречается во всех популяционных группах, самая высокая заболеваемость зарегистрирована в возрастной группе 20–29 лет, однако имеется и второй пик, приходящийся на возраст 35–40 лет. Повышенному риску развития заболевания подвергаются лица, начинающие раннюю половую жизнь. Нередко генитальным герпесом заболевают молодые люди 15–19 лет, что, возможно, связано с недостаточной информированностью об урогенитальных инфекциях и их профилактике [11].
Одной из причин эпидемии заболевания мы считаем плохую диагностику субклинических или атипичных форм герпесвирусной инфекции. В таких случаях реактивация вируса наблюдается реже, чем при рецидивирующем течении заболевания с клиническими проявлениями. Установлено, что после первичного инфицирования вирус герпеса мигрирует от места инокуляции по периферическим нервам до спинальных и церебральных ганглиев, где и остается «спящим» и неуязвимым для противовирусных препаратов. Под влиянием провоцирующих факторов происходит реактивация вируса и его дальнейшая миграция по периферическим нервам. При этом происходит раздражение нервных окончаний, приводящее к продромальным ощущениям в виде покалывания, жжения или зуда, так называемым предшественникам везикулезных высыпаний. Однако возможна бессимптомная продукция вируса на слизистых оболочках, которая связана с недостаточностью местных механизмов иммунной защиты. Следовательно, вирус герпеса способен передаваться и в период клинической ремиссии рецидивирующей герпесвирусной инфекции. Такое хроническое вирусовыделение может стать причиной инфицирования полового партнера, новорожденных, развития неонатальной герпесвирусной инфекции [7].
Клиника герпесвирусной инфекции многообразна и зависит от нескольких факторов [12]:
Первичный эпизод заболевания характеризуется обширными везикулезными и эрозивно-язвенными высыпаниями, тяжелыми общими клиническими симптомами и длительной репликацией вируса. У 80% пациентов типичным проявлениям первичной инфекции предшествуют локальные продромальные симптомы в виде парестезии, зуда, боли, жжения, регионарного лимфаденита, а также ухудшение общего состояния (головная боль, повышение температуры тела, озноб, миалгии, слабость, нарушения сна) [7]. Затем появляются высыпания на слизистой и коже в виде отдельных или сгруппированных везикулезных элементов величиной 2–3 мм на эритематозном фоне. Обычно сыпь обильная, пузырьки быстро вскрываются, оставляя после себя эрозии с неправильными очертаниями или язвенную поверхность. Как правило, высыпания имеют тенденцию к повторному появлению на том же месте.
Длительность острого периода заболевания колеблется от 8–10 до 18–22 дней. Клинические проявления нарастают в течение первой недели. В последующие 2 нед происходит бессимптомное слущивание поврежденного вирусом эпителия. Типичные высыпания простого герпеса во время первичного эпизода локализуются периорально в области красной каймы губ, крыльев носа, половых органов, ягодичной области. Также довольно часто первичный эпизод герпесвирусной инфекции может протекать с поражением слизистой ротоглотки в виде гингивита, глоссита, стоматита, герпетической ангины [4]. У иммунокомпрометированных пациентов (онкологические заболевания, ВИЧ-инфекция, прием глюкокортикостероидов, цитостатиков, лучевая терапия) возможны осложнения, такие как крестцовая радикулопатия, тяжелый асептический менингит или диссеминированная инфекция, требующие госпитализации.
Клинические проявления рецидива менее продолжительны по сравнению с первичным эпизодом герпесвирусной инфекции, длительность полной эпителизации составляет лишь 5–7 дней. С увеличением длительности заболевания и под воздействием терапии клиническая картина простого герпеса часто изменяется.
При типичном течении клиническая картина герпесвирусной инфекции в большинстве случаев позволяет поставить правильный диагноз без привлечения дополнительных лабораторно-инструментальных методов. Затруднения в дифференциальной диагностике могут возникать при атипичных формах простого герпеса или других заболеваниях, характеризующихся сходными кожными высыпаниями. Иногда приходится дифференцировать герпесвирусную инфекцию и чесотку, травматические поражения кожи и слизистых, контактный дерматит, герпетиформный дерматит Дюринга, стрептококковый импетиго, пузырчатку, буллезный пемфигоид, грибковые поражения кожи и слизистых, фиксированную токсидермию, болезни Дарье, Бехчета, Крона.
При атипичном течении высыпания простого герпеса в очаге поражения могут миновать отдельные стадии развития. Сохраняются лишь эрозия, папулезные элементы и отечные пятна на фоне эритемы. При данной форме герпесвирусной инфекции характерные очаги поражения на слизистых оболочках и коже могут отсутствовать, отмечаются лишь гиперемия и диффузный отек, на слизистой изредка возникают рецидивирующие болезненные трещины. Для генитального герпеса описана также рецидивирующая форма, для которой характерен лишь зуд, в ряде случаев субъективные ощущения отсутствуют [13].
Атипичный герпес в области гениталий может маскироваться под некоторые венерические заболевания, например под сифилис. Дифференциально-диагностическими признаками герпетических высыпаний в этом случае являются: полициклические очертания поражений, менее выраженная реакция регионарных лимфатических узлов, отсутствие инфильтрата в основании. Герпетические высыпания в области гениталий дифференцируют с герпетиформным шанкром при первичном сифилисе, сифилидами при вторичном сифилисе. При исследовании отделяемого отсутствует бледная трепонема.
Атипичная форма генитального герпеса нередко маскирована сопутствующей урогенитальной инфекцией и не всегда диагностируется врачами. Отмечено частое сочетание генитальной герпесвирусной инфекции с Chlamydia trachomatis, Ureaplasma urealyticum, Mycoplasma genitalium, Gardnerella vaginalis, Candida albicans, вирусом папилломы человека 16, 18 типов, цитомегаловирусом. Кроме того, сопутствующая урогенитальная микрофлора является благоприятным фоном для рецидивирования заболевания [7].
Особые затруднения в дифференциальной диагностике могут возникнуть при сочетании герпесвирусной инфекции и вышеперечисленных заболеваний. В таких случаях анамнез заболевания и диагностические тесты (исследования на выявление антигенов вируса и антител к нему) способствуют постановке правильного диагноза. Целью лабораторной диагностики является определение этиологического фактора (выявление вириона, генома или антигена вирусов) и динамическое наблюдение за течением патологического процесса (динамика специфических антител). Данные лабораторной диагностики часто используются для подтверждения диагноза герпесвирусной инфекции.
Современные методы идентификации ВПГ включают выявление вируса путем классического вирусовыделения на чувствительных клеточных культурах иммунофлюоресцентным методом (определение антител ИФА) и методом идентификации фрагментов нуклеиновых кислот вируса (полимеразная цепная реакция — ПЦР) [4]. Считаем, что среди множества лабораторных тестов для верификации ВПГ на коже и слизистых наиболее информативна ПЦР — выявление вирусов и вирионов. Преимуществами метода являются прямое определение возбудителя (выявление специфических участков ДНК), высокая специфичность (95–100%) и чувствительность (95–98%) — от 10 до 1000 геномных копий в пробе, высокая скорость получения результата анализа.
Для оценки активности вирусного процесса и адекватности противовирусного иммунного ответа наиболее доступным для широкой клинической практики является тест определения уровня специфических IgM и IgG к ВПГ 1 и 2 типов. Имеются особенности интерпретации данного теста. У ряда пациентов без клинических проявлений генитального герпеса встречается повышение только специфических IgG к ВПГ. Среди практикующих врачей бытует мнение, что это является свидетельством репликации вируса, и для снижения активности инфекционного процесса проводят противовирусную и иммуномодулирующую терапию. Такая тактика не совсем верна. В данных случаях для верификации собственно вирусного антигена необходимо дополнительное проведение ПЦР-теста. Отрицательная ПЦР к ВПГ 1 и 2 типов при повышении специфического IgG у пациентов без клинических проявлений герпесвирусной инфекции указывает на вирусоносительство и не требует дополнительного обследования и лечения. Мы настаиваем на этом положении, так как нередко первым этапом лабораторной диагностики является определение специфических антител к ВПГ 1 и 2 типов. Этим анализом многие практические врачи заменяют идентификацию собственно вируса герпеса и обосновывают назначение противовирусной терапии обнаружением высоких титров специфических антител к ВПГ 1 и 2 типов. Стоит отметить, что на сегодняшний день не существует клинически значимых титров специфических IgG к ВПГ, а уровень их превышения также клинически неинформативен. Мы считаем, что противовирусная терапия показана только пациентам с клиническими проявлениями генитальной герпесвирусной инфекции, а при их отсутствии — только при выявлении репликации вируса герпеса методом ПЦР.
Кроме того, при серологическом обследовании у части пациентов с дебютом клинических проявлений герпесвирусной инфекции возможны ложноотрицательные результаты. Нами была изучена уникальная группа больных, впервые инфицированных ВПГ с начальными клиническими проявлениями в виде генитального герпеса. В первые сутки заболевания мы констатировали формирование первичного раннего гуморального ответа у 86% пациентов в виде синтеза специфического IgM. На 7–14-е сутки у 26–47% больных был отмечен рост уровня специфического IgG на фоне снижения специфического IgM. Однако к 28-му дню заболевания у 38% пациентов не выявлено сероконверсии, т. е. не повышался уровень специфических IgM и IgG. У 86% этих пациентов поздний гуморальный иммунный ответ сформировался только через 2 мес. Полученные результаты показывают, что в период конверсии раннего гуморального ответа в поздний (к 28-му дню) у 38% пациентов формируется «серонегативная» зона. Именно в этот период возможны ложноотрицательные результаты исследования специфического гуморального иммунитета, которые не следует расценивать как отсутствие инфицирования ВПГ.
Таким образом, диагноз герпесвирусной инфекции и тактика терапии основываются на анамнестических, клинических данных и результатах лабораторного обследования.
Лечение больных с герпесвирусной инфекцией представляет определенные трудности из-за отсутствия противовирусных препаратов, способных полностью элиминировать ВПГ из организма, а также вследствие формирования нарушений в иммунной системе при высокой частоте рецидивов. Кроме того, причинами неэффективности лечения нередко являются недостаточность применяемых врачами терапевтических доз препаратов для контроля над тяжестью заболевания, непонимание механизмов действия ациклических нуклеозидов, а также отсутствие личностного контакта пациента с лечащим врачом.
В настоящее время все методы лекарственной терапии и профилактики герпесвирусной инфекции можно объединить в три основные группы: химиотерапия (ациклические нуклеозиды), иммунотерапия и комбинированная терапия, включающая химио- и иммуномодулирующие препараты.
В 1981 г. был создан и внедрен в клиническую практику препарат ацикловир (Зовиракс). Механизм действия ацикловира основан на его высокой специфичности к вирусной тимидинкиназе, которая фосфорилирует ацикловир. ДНК-полимераза вируса ошибочно включает фосфорилированный ацикловир вместо естественного дезоксигуанозинтрифосфата в концевые участки новых вирусных ДНК, тем самым обрывая процесс репликации вируса на любой стадии, и новые генерации вирусов не образуются. В настоящее время это наиболее часто назначаемый противогерпетический препарат и его уже применили более 50 млн больных [15]. Помимо этого, синтезированы и широко используются в последнее время новые противовирусные препараты этой же группы — валацикловир (Валтрекс) и фамцикловир (Фамвир) [5]. Согласно проведенным исследованиям биодоступность противогерпетических препаратов из группы ациклических нуклеозидов возрастает следующим образом: ацикловир — 20%, валацикловир — 54% и фамцикловир — 77% [10].
Выделяют два основных способа применения противовирусных химиопрепаратов:
В первом случае препарат назначают коротким курсом в течение 7–10 дней. Во втором — пациенты принимают препарат ежедневно в течение нескольких месяцев или лет не только для купирования данного рецидива, но и для профилактики последующих рецидивов. Нами исследованы различные схемы применения ациклических нуклеозидов у пациентов с генитальной герпесвирусной инфекцией с высокой частотой рецидивов (таблица).
Явные преимущества высокодозовой терапии проявились при оценке продолжительности рецидива генитального герпеса на фоне лечения. Валтрекс и Фамвир в высоких дозах сократили сроки рецидива более чем в 2 раза по сравнению со стандартной терапией (с 3,9 до 1,7 дней). Эффективность ацикловира оказалась несколько ниже. Тем не менее все эти препараты существенно снизили сроки клинических проявлений рецидива по сравнению со стандартной схемой лечения. Проведенные нами исследования выявили неоспоримые преимущества высокодозовой схемы терапии, когда на ее фоне уже на 3-и сутки достоверно уменьшалась интенсивность зуда, жжения, отека и гиперемии в области высыпаний.
Проведенное исследование показало, что длительность ремиссии у больных с различными формами генитальной герпесвирусной инфекции зависит от схемы лечения. При стандартной и высокодозовой схеме терапии Ацикловиром, Валтрексом и Фамвиром при типичном течении заболевания период ремиссии колебался от 0,8 до 1,6 мес, при атипичной форме — от 0,7 до 1,7 мес. Статистически значимых различий по длительности ремиссии при данных схемах лечения не получено. В то же время пролонгированная схема терапии способствовала достоверному увеличению безрецидивного течения герпесвирусной инфекции. Так, при типичной форме заболевания после лечения Ацикловиром период ремиссии достиг 4,1 мес, Валтрексом — 10,5 мес, Фамвиром — 9,2 мес, при атипичной форме — соответственно 3,3 мес, 7,1 мес и 6,8 мес. Таким образом, максимальный безрецидивный период был получен при пролонгированном приеме Валтрекса и Фамвира.
В настоящее время практикующими врачами используются преимущественно стандартные схемы лечения противовирусными препаратами. Пролонгированная и высокодозовая схемы терапии практически не применяются для купирования и профилактики повторных рецидивов герпесвирусной инфекции. Возможно, препятствием для такой терапии служит недостаток информации о ее эффективности. Кроме того, пролонгированная терапия позволяет предупредить рецидивы генитального герпеса и тем самым оказывает положительное психологическое воздействие на больного. К сожалению, плохо информированные пациенты нередко отказываются от пролонгированной и высокодозовой терапии, выражая беспокойство по поводу безопасности ее применения и развития лекарственной резистентности.
Высокодозовая и пролонгированная схемы терапии улучшают качество жизни пациентов, которые на определенном этапе лечения начинают принимать непосредственное участие в контроле над заболеванием. Такую терапию следует назначать больным с высокой частотой рецидивов, поскольку повторное проявление заболевания является для них стрессом, который, в свою очередь, провоцирует иммуносупрессию и способствует развитию последующего рецидива.
Показано, что бессимптомное выделение вируса, как правило, встречается в первые годы после первичного инфицирования [15]. Поэтому при первом эпизоде герпесвирусной инфекции целесообразно проведение высокодозовой терапии, которая позволяет снизить риск передачи вируса. Как показывает практика, в это время пациенты отдают предпочтение быстрому и эффективному лечению. Кроме того, в этот период больные особенно нуждаются в консультации специалистов и психологической поддержке [9].
Образ жизни пациента определяет выбор тактики лечения генитального герпеса. Например, в периоды дальних поездок с переменой климата, экзаменов, стрессовых ситуаций предпочтительно назначение пациентам пролонгированной терапии, которая в данном случае является профилактической и предупреждает возможное развитие рецидива. Неотъемлемой частью терапии и профилактики распространения ВПГ является образовательная программа. Врач должен информировать больного об опасности распространения инфекции, перспективах лечения и необходимости сотрудничества.
У пациентов при высокой частоте рецидивов формируется так называемый вторичный иммунодефицит с нарушением гуморального и клеточного звеньев иммунитета, снижением количества и угнетением функциональной активности натуральных киллеров и клеток моноцитарно-макрофагального ряда, нарушением продукции интерферона [14]. Таким пациентам показано включение в схему лечения препаратов иммунокорригирующей направленности. В настоящее время уже накоплен достаточный опыт успешного применения интерферонов (Реаферон, Виферон и др.), индукторов интерферонов (Циклоферон, Амиксин, Кагоцел, Ридостин и др), иммуномодуляторов различного спектра действия (Полиоксидоний, Галавит, Иммуномакс, Ликопид и др.) при лечении рецидивирующей герпесвирусной инфекции [3, 6, 8]. Однако назначение препаратов, направленных на коррекцию нарушений в системе интерферона, стимуляцию клеточной противовирусной защиты и усиление специфического противогерпетического иммунитета, должно проводиться с учетом данных иммунологического обследования конкретного пациента.
В заключение обсудим четыре возможных варианта врачебной тактики в зависимости от результатов обследования пациентов в отношении герпесвирусной инфекции.
Вариант 1. Повышение уровня специфического IgG, отрицательный результат ПЦР-теста на ВПГ 1 и 2 типов у пациента без клинических проявлений герпесвирусной инфекции свидетельствуют о вирусоносительстве и не требуют дополнительного обследования и лечения. Проводится динамическое наблюдение за больным, назначается курс витаминов-антиоксидантов.
Вариант 2. В случае выявления ВПГ 1 и 2 типов при ПЦР-исследовании у пациента без клинических проявлений герпевирусной инфекции следует оценить уровень специфических IgM и IgG. Селективное повышение специфического IgM свидетельствует о первичном инфицировании. В этих случаях проводится стандартная противовирусная терапия, после которой выполняется контрольная ПЦР. Другие иммунологические обследования нецелесообразны. Повышение специфических IgG и IgM свидетельствует об усиленном иммунном ответе у реинфицированных больных. Им также проводится стандартная противовирусная терапия, после которой выполняется контрольная ПЦР. Также ведется динамическое наблюдение и применяются витамины-антиоксиданты.
Вариант 3. Повышение уровня специфических антител у больного с клиническими проявлениями герпесвирусной инфекции и низкой частотой рецидивов (2–4 раза в год) свидетельствует об усиленном иммунном ответе и не требует дальнейшего изучения противовирусного иммунитета. Таким пациентам рекомендуется стандартная противовирусная терапия. При выраженных клинических проявлениях показана высокодозовая терапия. Проводится динамическое наблюдение и курс витаминов-антиоксидантов.
Вариант 4. У больного с клиническими проявлениями герпесвирусной инфекции с высокой частотой рецидивов (более 6 раз в год) и повышенным уровнем специфических IgM и IgG выполняют иммунограмму. Оценивают субпопуляционный состав клеток, NK-активность и уровень α- и γ-интерферонов. При выявлении нарушений в противовирусной защите проводят либо пролонгированную терапию ациклическими нуклеозидами, либо стандартное противовирусное лечение в комбинации с иммуномодулирующими препаратами. Необходимы исключение провоцирующего фактора и назначение курса витаминов-антиоксидантов. Представленные варианты, возможно, не содержат всех возможных ситуаций обследования больных с герпесвирусной инфекцией, тем не менее они являются руководством к действию, доступным для практикующих врачей первичного звена.
Таким образом, индивидуальный подход к терапии с учетом результатов клинического и лабораторного обследования обеспечивает адекватный контроль течения герпесвирусной инфекции и дает преимущество перед стандартным лечением. Для широкого внедрения в клиническую практику необходимо, чтобы такие методы обследования и терапии были доступны всем слоям населения и соответствовали современному уровню медицинской помощи.
По вопросам литературы обращайтесь в редакцию.
А. Е. Шульженко, доктор медицинских наук
И. Н. Зуйкова
Институт иммунологии ФМБФ России, Москва



