Что значит молитва господи помилуй
В чем заключается смысл повторения молитвы «Господи, помилуй» 3 раза, 12 и 40 раз?
Отвечает Иеромонах Иов (Гумеров):
«Господи, помилуй!» (греч. «Kyrie eleyson») – древнейшая молитва. Чтобы усилить нашу покаянную молитвенную настроенность, мы повторяем ее 3, 12 и 40 раз. Все эти три числа в святой Библии символизируют полноту. Митрополит Вениамин (Федченков) приводит слова праведного Иоанна Кронштадтского, которые были сказаны ему во время беседы: «Почему часто поем: “Господи, помилуй?” Потому что мы – существа падшие, непрестанно согрешающие и прогневляющие своего Господа, и потому достойны всякого осуждения и наказания во всякое время. И все блага, которые имеем и которых просим, имеем по милости Божией, а не по делам и заслугам нашим; и просим как милости Божией, а не как должного, или принадлежащего нам по праву. Таким образом эта краткая молитва учит непрестанному самоосуждению, покаянию, смирению, исправлению, упованию на милость Божию, милосердию к ближним, памятованию о праведном суде Божием и мздовоздаяния по делам каждого из нас» (Небо на земле. 12. Нужные молитвы).
После радостного восклицания «Аллилуиа» (евр. «Хвалите Господа»), которое присутствует во всех хвалебных псалмах, «Господи, помилуй» является кратчайшей молитвой. Одновременно она – самая краткая исповедь, даже более краткая, чем покаяние мытаря, сказавшего из глубины сокрушенного сердца пять слов. Многократное повторение «Господи, помилуй» также напоминает нам о том, что грехопадения наши по нашей духовной немощи постоянны, но мы не коснеем в грехе, а постоянно взываем о помиловании. По словам праведного Иоанна Кронштадтского, эта молитва «бьет в нашу гордость и вызывает в размышляющих чувство смирения, которое есть основание христианских добродетелей. Эта краткая молитва есть самая нужная для всякого грешника, как пища и питие его, как врачевство его. Она дыхание души его… Кто часто и от сердца говорит: “Господи, помилуй!” – тот, значит, жив и здрав духом. А кто не говорит или стыдится говорить эту краткую молитву, тот мертв или смертельно болен».
Молитва «Господи, помилуй!» – духовное наследие богооткровенной ветхозаветной религии. Звучала она не реже, чем за нашим богослужением. Особенно часто она встречается в псалмах: 4: 2; 6: 3; 9: 14; 26: 7; 30: 10; 40: 5, 11; 85: 3; 122: 3. В нашем богослужении 40 раз (число полноты) «Господи, помилуй» чаще всего поется или произносится перед молитвой при совершении литии, полунощницы, на 3-м, 6-м и 9-м часах.
Хорошо, когда «Господи, помилуй!» хор поет или чтец произносит с духовной силой, бодро, но не поспешно. Недопустимо, чтобы многократное повторение этой молитвы было формальным, небрежным.
«Милость Божия не другое что есть, как благодать Святого Духа, которую должны испрашивать у Бога мы, грешные, непрестанно вопия к Нему: “Помилуймя!” Яви милость Свою, Господи мой, ко мне, грешному, в жалком состоянии, в каком я нахожусь, и прими меня опять во благодать Твою. Дай мне дух силы, чтобы он укрепил меня в противостоянии искушениям диавола и худым навыкам моим греховным. Дай мне дух совета, чтобы я уцеломудрился, пришел в чувство и исправился. Дай мне дух страха, чтобы я боялся Тебя оскорблять, и исполнял заповеди Твои. Дай мне дух любви, чтобы я любил Тебя и не удалялся более от близ Тебя. Дай мне дух мира, да соблюду мирной душу мою, соберу все помышления мои и пребуду безмолвен и не мучим мыслями. Дай мне дух чистоты, да хранит он меня чистым от всякого осквернения. Дай мне дух кротости, да буду тихонравен в обращении с братиями моими христианами и воздержен от гнева. Дай мне дух смирения, да не помышляю о себе высокая и да не буду горд» (Добротолюбие. Т. 5. Истолкование молитвы «Господи, помилуй»).
Что значит молитва господи помилуй
святитель Симеон Солунский
«ИСТОЛКОВАНИЕ МОЛИТВЫ – ГОСПОДИ ПОМИЛУЙ!»
«Господи Иисусе Христе, помилуй мя!» и сокращеннейше: «Господи помилуй!» от Апостольских времен даровано христианам, и определено, чтоб они непрестанно возглашали сие, как и возглашают. Впрочем, делая так, весьма не многие ныне знают, что значит: «Господи помилуй!» Потому взывают бесплодно; вопиют: «Господи помилуй!» а милости Господней не получают, потому что не ведают сами, чего ищут. Сего ради надлежит нам знать: какая это милость Господа Иисуса? – Какая?! – Всякая: все, что нам потребно в настоящем нашем падшем состоянии, в Его деснице есть. Ибо Он, с тех пор, как воплотился и сделался человеком, как пострадал такие страсти, и излиянием всесвятой крови Своей искупил человека из рук дьявола, – с этих пор стал Господом и Властителем человеческого естества особенным неким образом. Все наше и стало таким образом в Его руках. Господь и прежде воплощения искони был Господом всех тварей, видимых и невидимых, как Создатель их и Творец.
По бытию так это и есть и будет, но не по свободной деятельности разумных тварей. Бесы, а за ними и люди не восхотели сами от себя иметь Его Господом и Властителем своим, и отторглись от Него, сущая Владыки всяческих. Ибо всеблагой Бог, создавши людей и Ангелов самовластными и одарив их разумом, не хочет нарушать сего их самовластия и господствовать над ними насильно, против их воли. Почему, которые из них хотят быть под властью и управлением Божиим, над теми Он господствует и тех защищает, а которые не хотят, тех оставляет творить волю свою как самовластных. Посему и Адама, когда он, прельщенный Богоотступником дьяволом, сделался и сам отступником от Бога и не восхотел слушаться заповеди Его, оставил Он произволению его, не желая властительски господствовать над ним. Но завистливый дьявол, прельстивший его в начале, не перестал и далее прельщать его, пока не сделал его по неразумию его подобным скотам несмысленным, и он стал жить подобно неразумным животным.
Что говорит он, пришедши к богатому? – Ничего, как помилуй мя! Сжалься над моею бедностью, и благоустрой мою жизнь. – Или долг кто имеет на себе и не имеет чем уплатить его; желая же избавиться от тяготы сей, приходит к решению – упросить того, кому должен, простить ему долг. Приходит к нему, и что говорит? – Тоже только: помилуй мя! сжалься над моею бедностью и прости мне долг, каким я должен тебе. Равным образом, когда кто провинится в чем-либо пред другим, и желает получить от него прощение; что делает? Приходит к тому, против кого погрешил и говорит: помилуй мя! Прости мне, в чем я погрешил пред тобою. Все такие знают, о чем просят и для чего просят, и получают по прошению, соответственно обстоятельствам, и полученное обращают во благо себе. – Поставь теперь с другой стороны грешника, который и беден духовно, и должен пред Богом, и оскорблял Его многократно. Если он вопиет будто к Богу: помилуй мя! А между тем не понимает, что такое говорит и для чего говорит, даже и того не знает, в чем та милость, которую желает получить от Бога, и к чему она ему благопотребна, а просто по привычке взывает: Господи помилуй! – как Бог подаст ему милость, когда тот не может даже узнать, что получил, потому внимания на то не обратит и злоупотребит тем, или сгубит то, и тем паче еще прежнего сделается грешником? Милость Божия не другое что есть, как благодать Святого Духа, которую должны испрашивать у Бога мы грешные, непрестанно вопия к Нему: Помилуй мя! Яви милость Свою, Господи мой, ко мне грешному, в жалком состоянии, в каком я нахожусь, и прими меня опять во благодать Твою: дай мне дух силы, чтоб он укрепил меня в противостоянии искушениям дьявола и худым навыкам моим греховным; дай мне дух совета, чтоб я уцеломудрился, пришел в чувство и исправился; дай мне дух страха, чтоб я боялся Тебя оскорблять, и исполнял заповеди Твои; дай мне дух любви, чтоб я любил Тебя и не удалялся более отблиз Тебя; дай мне дух мира, да соблюду мирной душу мою, соберу все помышления мои и пребуду безмолвен и не мучим мыслями; дай мне дух чистоты, да хранит он меня чистым от всякого осквернения; дай мне дух кротости, да буду тихонравен в обращении с братиями моими христианами и воздержан от гнева; дай мне дух смирения, да не помышляю о себе высокая и да не буду горд. Кто знает и чувствует, сколь потребно все сказанное и, прося того у многомилостивого Бога, взывает: Господи помилуй! тот наверное получит то, о чем просит, и сподобится милости Божией и благодати Его. Но кто не знает ничего из того, что мы сказали, и только по привычке взывает: Господи помилуй! тому нет возможности получить когда-либо милость от Бога. Ибо и прежде он уже получил много милостей от Бога, но не познал того и не возблагодарил Бога, даровавшего ему их. Получил он милость Божию, когда создан был и стал человеком; получил милость, когда воссоздан был в крещении и стал православным христианином; получил милость, когда избавился от стольких бед, душевных и телесных, испытанных им в жизни; получал милость Божию, всякий раз, как сподоблялся причащаться пречистых тайн; получал милость Божию всякой раз, как согрешал пред Богом и огорчал Его грехами своими, а не был погублен и не наказан, как подобало; получал милость Божию, когда многообразно благодетельствован был от Бога, но или не сознавал того, или забывал.
Такому христианину как еще получить милость от Бога, когда он не знает и не чувствует, что получил столько милостей от Него? – И теперь если и взывает: Господи помилуй, то не знает, что говорит, и произносит слова сии, без всякой мысли и цели, по одному лишь обычаю.
Глава 8. СЕРДЕЧНЫЕ МЫСЛИ И ЧУВСТВА, ПРИСУЩИЕ МОЛИТВЕ ХРИСТИАНИНА
8.1. Постепенный переход в молитве от прошения земных благ к благодарению Бога
Рассмотрев молитву со стороны ее видов и степеней, а также описав состояния, достигаемые ею, перейдем к рассмотрению молитвы со стороны ее содержания, как это излагается в «Добротолюбии».
Находясь на низшей ступени нравственного развития, человек, поглощенный всецело заботами о телесном и земном, молится низшею, рассеянною, молитвою, которая характеризуется прошением каких-либо земных благ.
Поднявшись выше по ступеням нравственного совершенства, человек молится более сосредоточенно и нерассеянно и просит о даровании добродетелей, необходимых для духовной жизни.
8.2. Глубокий внутренний смысл молитвы: «Господи, помилуй!»
В приведенных молитвенных прошениях святой Симеон научает тому, что можно и должно просить человеку у Бога во время молитвы.
Таким образом, святые отцы, описывая различные состояния и степени молитвы, подходят к вопросу и о том, какая и о чем должна быть молитва христианина.
8.3. Образцы молитв святых подвижников
Для более подробного ознакомления с тем, как учили молиться и как молились сами святые подвижники, небезынтересно будет привести образцы их молитв.
В этих трогательных, глубоко прочувствованных словах выражается горячая мольба кающегося грешника к своему Творцу и Богу, и эта молитва является образцом покаянной молитвы.
8.4. О необходимости начинать молитву с исповедания грехов своих
8.5. Причины, по которым нельзя в молитве настаивать на исполнении желаемого и просить высших дарований Божиих
8.6. Советы святых подвижников о том, что можно и должно просить в молитве
8.7. Призыв святых отцов к молитве за ближних
8.8. Обязательность и польза молитвы за врагов
8.9. О необходимости при прошении молитв у праведника и самим творить молитвы и добрые дела
8.10. Призыв святых отцов к благодарению Бога
Призывая к благодарению в молитвах, святой Феодор указывает, за что, главным образом, следует благодарить.
8.11. Основные элементы, присущие христианской молитве
Суммируя сказанное о содержании молитв, а также рассмотрев вышеприведенные образцы их, можно наметить главные, основные, элементы, присущие вообще молитве христианской, как о ней учит «Добротолюбие». Эти основные элементы представляют собою развитие начал, лежащих в основе молитвы Господней.
Следующим основным мотивом молитвы вообще являются чувства сознания своих грехов, смирения, раскаяния и исповедание этих грехов, что ясно выражено, например, в приведенной выше молитве святого Арсения Великого: «Ничего не сделал я пред Тобою, Господи, доброго!» 496
Эти пять слов разведут небеса
Господи Иисусе Христе, помилуй мя! Посчитайте! Здесь всего пять слов. Иисусова молитва содержит пять слова, но эти пять слов проведут тебя по пяти континентам земли, пять слов разведут небеса во всю длину и ширину мира; пять слов поставят тебя пред престолом Божиим; пять слов вложат в тебя Христа и сделают тебя близким Ему.
Господи Иисусе Христе, помилуй мя! Сегодня мне хотелось бы поговорить об этой молитве. И не просто: сегодня мне хотелось бы чего-то еще более дерзновенного – чтобы мы вознесли эту молитву, чтобы мы не просто говорили о ней, а в то же время – почему бы нет? – и вознесли ее.
Если можешь, то там, где ты сейчас есть, возноси ее. Если ты не делаешь чего-нибудь требующего всецелой сосредоточенности, то возноси ее про себя. Попробуй.
Господи Иисусе Христе, помилуй мя! Я повторяю ее по многу раз, потому что кто-нибудь, может, не расслышал ее как следует, а кто-то не знает, как молиться этой молитвой или знает ее более пространный вариант: Господи Иисусе Христе, Сыне и Слове Божий, помилуй мя, грешнаго! Другие произносят ее кратко, кто-то говорит только: Господи, помилуй! – третьи только: Иисусе, помилуй мя! – а четвертые произносят лишь: Иисусе мой! А ты скажи, что хочешь, и как хочешь скажи это, достаточно лишь произносить это имя, и чтобы оно высеклось в твоем сердце – имя Господа нашего Иисуса Христа.
Сейчас, когда ты слушаешь, тебе нетрудно произносить про себя эту молитву, так чтобы она лилась потоком, а когда передача закончится и ты продолжишь делать свои повседневные дела, то ты тоже произноси ее постоянно.
Она очень сильна. Святой Косма Этолийский советовал творить ее. Куда бы он ни шел и где бы ни останавливался, то, поскольку научился ей на Святой Горе Афонской, в монастыре Филофей, где жил, то он говорил людям:
– И вы произносите молитву. Возьмите четки, они служат нам не для этого, чтобы мы коротали с ними время в кафе, а каждый узел означает слово. И какое же слово произносится в этой молитве? Имя Господа нашего Иисуса Христа. Когда призываешь имя Господа, то ты зовешь Самого Христа к себе.
Мы абсолютизируем не молитву, но Личность, к Которой возносится молитва, – Христа, в Котором всё
Сила этой молитвы огромна. Мы не абсолютизируем ни одну молитву, однако абсолютизируем молитву как таковую, а более всего – Личность, к Которой возносится молитва, нашего Христа, Который есть абсолютное Благо, Который есть всё.
Христос есть всё, а молитва – это надежный, прямой, сильный, красивый путь, благодаря которому ты здраво прилепляешься ко Христу и соединяешься с Ним. Молитва соединяет человека со Христом, и поэтому мы говорим, что она обладает очень большой силой. Любая молитва. Ты скажи что хочешь, как хочешь, но только говори Христу. Хочешь произносить «Отче наш»? «Царю Небесный»? Псалмы Давида? Канон молебный ко Пресвятой Богородице? Акафист Богородице? Всё это хорошо, но только Иисусова молитва, эти слова: Господи Иисусе Христе, помилуй мя…
Вот я опять произнес это. Тебе что, тяжело это слышать? Но пусть тебе не будет это тяжело. Пусть тебе не будет тяжело слышать имя Христа, имя твоего Творца, Создателя, Того, Кто возлюбил тебя и за тебя умер, Кто сейчас думает о тебе и Кто рядом с тобой, Кто заботится о тебе и может дать решение для всех твоих проблем. Всё, что тебя занимает, все решения сосредоточены в Этой Личности, в Иисусе Христе. Пусть тебе не будет тяжело слышать имя Христа, говорить Ему, любить Его.
Нам всем было бы хорошо творить эту молитву, хорошо было бы знать, что у человека, сидящего напротив и слушающего тебя, есть общая точка соприкосновения с тобой – у него есть имя Самого Господа и та общая любовь, которая нас объединяет. Это мы для Него говорим, и сегодня мы Ему говорим, Иисусу Христу, и повторяем: Господи Иисусе Христе, помилуй мя!
Монахи произносят ее целый день. По крайней мере, хороший монах, чтобы быть настоящим монахом, не должен быть «монахом», то есть одиноким, а должен всегда быть в компании – в компании молитвы, и прежде всего молитвы Иисусовой, он должен всегда носить четки в руках, а более всего – в сердце. Каждый узел – это вожделение, каждый узел – это любовь, каждый узел – это приношение, славословие, призывание этого святого и всемогущего имени, имени Господнего.
Монах целый день молится.
Давай скажу тебе кое-что, ведь я не забыл. Чего не забыл? Я не забыл, что говорю людям, живущим в миру. Сегодня я не говорю монахам. Знаю, что я немножко размечтался, и ты, конечно, думаешь, что… Нет-нет, я говорю это тебе и о твоих проблемах. Я знаю, что у тебя есть свои проблемы: расходы, ребенок, болезнь, всякие трудности в браке. Кто-то к чему-то готовится, кто-то о чем-то мечтает, кто-то живет своей болью и радостью, разными своими проблемами. У каждого свое, и вот уже кто-то из вас говорит:
– В прошлый раз ты хорошо говорил нам об актуальных, наших, современных вопросах, волнующих нас. А что ты сейчас будешь говорить нам об Иисусовой молитве, умной молитве, предназначенной для монахов? Какое отношение это имеет ко мне?
Имеет. Это имеет отношение и к тебе, потому что это способ вложить Христа в здесь и сейчас твоей жизни. Именно потому, что твоя жизнь многомерна, в ней множество забот, ты расколот и фрагментирован, с утра до вечера должен сделать множество дел и не успеваешь сделать хоть что-нибудь для Бога, помолиться как следует. Потому и существует эта молитва, которая называется монологичной, что означает, что она содержит одно слово, одно выражение, одно краткое изречение, которое, если и малому ребенку его сказать – всего пять слов! – то он его выучит.
Таким образом ты сосредотачиваешься. И никаких оправданий тебе нет, как ты говоришь иногда:
– Я хочу помолиться, но не успеваю. Я не знаю, что мне сказать, мне нечего сказать на молитве.
Тебе есть что сказать! Готовишь ли ты еду? Твори молитву! Мешаешь ли в кастрюле еду? Каждый раз, когда мешаешь ложкой, говори: Господи Иисусе Христе, помилуй мя! И пока готовишь еду, внутрь тебя входит Божия благодать, входит всецелое благоухание этого имени, входят живительные соки этого имени.
Иисусово имя полно живительных соков, благословения, силы. Эта молитва очень сильна. Ах, если бы мы молились ею, если бы мы жили ею и наслаждались ощущением Христова присутствия, творя ее!
Знаешь, что значит постоянно произносить чье-нибудь имя? Говорить постоянно: Господи Иисусе Христе, помилуй мя, призывать кого-то, чтобы он пришел к тебе? Когда ты, например, скажешь: «Иисусе мой!», «Пресвятая Богородице, помоги мне!», «Святый Ангеле!», «Святый Нектарие!» – то разве же они не придут? Придут.
Когда ты зовешь кого-нибудь по имени, то имя выражает присутствие и живое ощущение того, кого ты зовешь. Скажу тебе это и с обратной стороны, с темной стороны: маги, чтобы совершить свое колдовство, призывают имена злых духов. Они тоже призывают имена, и духи приходят. Так и Господь, когда призовешь Бога, когда призовешь имя Христа, Он приходит туда, где ты есть. Когда у тебя какая-нибудь проблема и ты говоришь: «Иисусе мой! Господи Иисусе!» – и зовешь Его, то Христос приходит.
Этого немало, этого вовсе немало – чтобы мы сегодня поговорили об этой тайне, приближающей столь далекого Бога так близко к нам. Если Христос придет туда, где ты сейчас есть, в твою комнату, и она наполнится Его присутствия, то ты поймешь, что рядом с тобой сейчас не только кровать, стол, кухня, кастрюли, телевизор и всё, что там у тебя имеется, а рядом с тобой есть и Кто-то Другой. Кто же это? Тот, Кого ты позвал.
Есть такая заповедь в Ветхом Завете, где Бог говорит: «Будь осторожен! Не произноси имя Господне напрасно!» 2 – то есть не почитая, не благоговея, не любя, не «обожая» Бога. Как говорится, «почисть сначала рот, прежде чем произнести имя Божие».
Страшно произносить Его имя. Почему? Потому что Его имя – это Его присутствие: ты зовешь Христа, и Он приходит. Это чрезвычайно велико. Он приходит. Подумай только: чтобы в вас вошел Христос, когда ты Его призовешь.
Он Сам говорит это:
– Прежде чем ты призовешь Меня, Я буду тебе говорить. Ты позовешь Меня, и Я тут же скажу тебе: вот, Я пришел! Чего ты хочешь? Скажи мне, чего ты хочешь, чтобы Я для тебя сделал.
– Господи Иисусе Христе, помилуй мя! Вот чего. Я хочу, чтобы Ты меня помиловал.
Когда ты молишься Иисусовой молитвой, ты помогаешь миру: наполняешь мир Божией благодатью
Мы можем сказать очень много всего о молитве, но, к сожалению, всё это не наше, всё чужое. И если бы мы творили молитву, то не делали бы передач о молитве, а жили бы ею, и не говорили бы о ней, а возносили бы молитву, и благодать молитвы растекалась бы повсюду без того, чтобы мы делали передачи. Это то, чем занимаются монахи на Святой Горе, это то, чем занимались великие святые, которые говорили очень мало, через силу, говорили только и только о хорошем другим и не хотели выходить из этого наслаждения, которое испытывали, и из этого великого приношения человечеству. Ведь когда ты молишься Иисусовой молитвой, ты очень помогаешь миру: ты наполняешь мир Ангелами, Божией благодатью, небесной милостью.
Сказать тебе это немножко грубо? Мы глубоко покрыты мраком, мы все, и не знаем очень многого о нашей Церкви. О, если бы мы знали, какой хлеб содержит в себе то, что мы называем умной молитвой!
Святой Никодим Святогорец обращается к Христу в «Акафисте Иисусу Христу» и постоянно говорит: «Иисусе мой! Иисусе мой!» – а затем говорит разные вещи Христу. Он говорит:
– Иисусе, благодарю Тебя, что удостоил меня этого великого благодеяния и дара умной молитвы.
Это нечто великое, это великое искусство.
– Ну, мы многого на свете не можем сделать.
Ты прав, но вот сейчас ты слушаешь, а потом пойдешь и станешь делать что-нибудь и можешь при этом помолиться. Думаешь, Бог этого не оценит? Малое, что ты можешь в этой жизни, сделай.
Хорошее это дело – призывать имя Иисусово. Если мы обратим внимание, то увидим, что и на Святой Литургии делаем это постоянно – говорим: «Господи, помилуй!» Помолимся о свышнем мире – и два слова: «Господи, помилуй!»
– Боже, помоги нам! Дай нам Твою милость! Смилуйся над нами! Помоги нам! Стань тем, в чем каждый нуждается! Помилуй нас!
У тебя есть четки? Ты их не носи с собой, а держи в руке. Ты их сотри, приведи в негодность от многого употребления, истончи их до ниточки, но только – смотри – чтобы никто этого не заметил. Когда ты держишь четки и молишься, то только ты, Бог да твой духовник должны знать об этом. Что ты делаешь, как делаешь, ощутил ли что-нибудь, плачешь ли, есть ли у тебя минуты умиления, боговидения, ощущение Божия присутствия, чувствуешь ли, что выходишь из мира сего и переживаешь то, что сказала мне одна бабушка на днях…
– Я молилась и сказала: «Возьми меня, Боже, чтобы я умерла! Я хочу сейчас умереть!» В ту минуту я сказала: «Пускай я умру!»
Но всего этого не должно быть видно. Всё это должно происходить втайне. Иисусова молитва – это таинственная и сокровенная молитва, она – любовное переживание, и, как всякая любовь, она переживается в сокровенных клетях человеческой души.
Помолись втайне, вложи в ум свой, глубоко в душу свою это имя, высеки внутри это имя: «Иисусе мой, Христе мой» – эта самая хорошая печать, а потом не бойся. Некоторые спрашивают, что будет со Вторым Пришествием, с антихристом, с печатью. Нашей печатью да будет это имя, чтобы ты высек его в своем сердце, в уме, в своей душе.
Говори про себя: «Иисусе мой, Христе мой, Боже мой, Господи мой», – но только не формально, не технически, не методически, не холодно, не монотонно, не словно исполняя некий метод и тактику, а отдай свое сердце, потому что молитва требует сердца, молитва требует любви, она требует сильного желания, требует людей, влюбленных в Христа, в истину, в святых, в Церковь, в небесный мир.
Вот так обстоят дела. Сегодня мы говорим о трудных вещах, однако мы сказали, что сделаем то малое, что сможем. А так ли трудно сделать то, о чем мы говорили с вами сейчас?
Трудно ли молиться? Да что в этом трудного – сказать: Господи Иисусе Христе, помилуй мя?!
Эта краткая молитва очень сильна, независимо от того, понял ли ты это. То есть сделай что-нибудь и ты, ты, у которого нет времени вычитать Шестопсалмие, вычитать Канон молебный, ты можешь постоянно произносить молитву Иисусову. Трудно ли это? Да что в этом трудного – сказать: Господи Иисусе Христе, помилуй мя?
А прочее – об умилении, об ощущении Бога, почувствуешь ли ты, когда придет Божия благодать, или нет, – это не твое, а от Бога. Это даст Бог, когда захочет Он, как захочет, сколько захочет, а ты, однако, можешь…
У тебя есть рот? Есть. Есть язык? Есть. Скажу, однако, и другое: будь ты хоть немым, у тебя есть ум? Есть сердце, есть в тебе душа? Вот эта душа и должна говорить. Эта душа должна оттаять, потому что она замерзла, как ледники, которые сейчас, однако, тоже тают. И они тают, так как же душе не растаять? Вот от этого имени она мало-помалу и растает.
Это имя так горячо, так пламенно, так превосходно, что растапливает любой лед. Иисусе мой, Христе мой, Творче мой, Боже мой! – самая великая молитва, самая могучая молитва!
