Смысл песни Небо славян — Алиса
Творчество группы «Алиса» после прихода в нее Константина Кинчева претерпело изменения: чего только не было ̶ бунтарские тексты, обвинения в фашизме, конфликты с властями. Альбом «Солнцеворот» 2000 года стал знаковым для музыкантов: в нем появляются православная тематика, обращение к истории предков («Рождество», «Дорога в небо», «Православные»).
Песня «Небо славян» была написана Константином Кинчевым в 2000 году и сразу завоевала популярность масс. Споры вокруг «Неба славян» не утихают до сих пор: что это ̶ гимн России, созданный истинным патриотом, обращение к славянской истории и мифологии или проявление национализма и ксенофобии зарвавшегося рокера? Не будем забывать, что песня пришлась ко двору: это был период стабильности, экономического и патриотического подъема в стране. Кроме того, Кинчеву уже приходилось не раз объяснять смысл своих песен: «Дело Кинчева» 1987 года, повлекшее судебные разбирательства; песня «Новая кровь», которая вызвала неоднозначную реакцию афганцев, однако конфликт был улажен.
Первый куплет «Неба славян» настраивает на дальнейшее содержание песни. Под «покровом небес» необъятной Родины рождается русский человек. Патриотические мотивы как будто отсылают ко временам великих побед, «Слова о полку Игореве…»: здесь и «рокот зарниц» (мощь природы), и «покой монастырей» (мотив православия), «соколиная высь» (масштабность Руси, тема свободы). Стихии управляют жизнью людей (звездопад, грозы, которые «седлают коней»).
Второй куплет раскрывает суровый и несгибаемый характер русских людей, которые растут в окружении снегов, лютой стужи. Мороз, Пурга и Белозубая Зима похожи на персонажей русского фольклора. Упоминание о дыме деревень неслучайно: народ-кормилец, хранитель традиций испокон веков живет в деревне.
Постепенно страсти накаляются: припев выражает протест против засилия «мракобесов», агрессивно настроенных завоевателей. Упоминание «Орды» и «басурман» (то есть «мусульман», «нехристиан»), их вредоносного «семени» вызвало неоднозначную реакцию некоторых ярых противников национализма. Но что действительно хотел сказать Кинчев? «Небо славян» (не кровь!) кипит в венах – это о духовном родстве русского народа, преемственности поколений, а не генетических отличиях. Это культурная традиция, идущая от Византии. Это также историческая территориальная общность: от Чудских берегов до Колымы.
А обобщенно – история русского народа, на долю которого выпало немало испытаний, но который сумел сохранить силу духа и стремление защищать землю своих предков. Кинчев в своих интервью подчеркивал, что он «национал-патриот» и в основе всего должна лежать вера. И если нацизм ищет внешних врагов, то национализм борется с «внутренними бесами» человека.
«Ты расово чистый славянин»: Константина Кинчева обвинили в национализме из-за песни «Небо славян»
Писатель Герман Садулаев написал открытое письмо к лидеру группы «Алиса» Константину Кинчеву, в котором обвинил известную песню «Небо славян» и самого Кинчева в откровенном национализме. Письмо Садулаева вызвало бурную дискуссию в соцсетях — многие комментаторы, в том числе и известные националистические публицисты, раскритиковали Садулаева и вступились за музыканта. Впрочем, нашлись и те, кто действительно увидел в песне Кинчева шовинизм.
Фото: Валерий Левитин/РИА Новости
Герман Садулаев опубликовал в своем Facebook-аккаунте открытое письмо к лидеру группы «Алиса» Константину Кинчеву. По мнению публициста, знаменитая песня «Небо славян» является националистической и оскорбительной для многих народов, проживающих в России.
Садулаев обращается к Кинчеву на «ты»: по словам публициста, это не из неуважения, а в знак памяти об их молодости. Писатель рассказывает, что раньше Кинчев был для него кумиром и героем.
И мы были на «ты», даже не зная друг друга лично, и ты сам говорил, что «мы вместе»
Тем не менее, в тот день писатель услышал песню «Небо славян» по радио, и она его возмутила.
Сегодня я ехал в машине по семейным делам и «Авторадио» опять передавало твою знаменитую песню «Небо славян». Раньше я все время молчал. Но мне надоело молчать. Я 44 года живу среди расизма, нацизма и ксенофобии. И мне надоело молчать и делать вид, что так оно и должно быть, как вся страна делает вид, что это нормально. Это ненормально. И я решил, что теперь никогда не буду молчать.
Садулаев процитировал несколько отрывков из песни для доказательства своей точки зрения. Например, его смутила строчка «Нас точит семя орды» — писатель задался вопросом, какой именно орды.
Нету сейчас никакой орды, Костя, ни Большой, ни Золотой, ни Белой. Нет Византии, нет державы Германариха, Речи Посполитой нет, и орды тоже никакой совсем не осталось. Может, у тебя фантомные боли, Костя?
Еще одна строчка, вызвавшая возмущение Садулаева, звучит как «нас гнет ярмо бусурман».
Садулаев подчеркнул, что сейчас каждый человек может свободно исповедовать любую веру или философию, а песня Кинчева, по его мнению, посягает на это право.
Мы думали, Костя, что ты и другие рок-звезды это имели в виду, когда протестовали против культурного и идеологического однообразия в СССР. А оказалось, что ты имел в виду — каждый должен быть не коммунистом, а православным нацистом. Ты это имел в виду, Костя? Тогда я не думаю так же, как ты. Мы уже не вместе, Костя. Тогда я лучше останусь коммунистом.
Писатель рассказал, что Кинчев не поехал на Донбасс, чтобы поддержать местное ополчение. Садулаев предположил, что музыканту ближе позиция Киева, чем ополченцев.
Кобзон взял и поехал на Донбасс. Наверное, потому, что советский. А ты не поехал. Потому что ты расово чистый славянин. Не думаю, что ты струсил. Ты вроде никогда не был трусом. Скорее, ты почувствовал, что киевская хунта тебе ближе по крови. У них там тоже в венах «небо славян», и знаки «солнца» на рукавах батальона «Айдар». А этот «Русский мир» — он какой-то неславянский. Расово нечистый какой-то.
Пост Садулаева вызвал бурную дискуссию в Facebook, он набрал 600 лайков и более двухсот перепостов. При этом многие комментаторы не согласились с точкой зрения писателя: по их мнению, обвинения Садулаева беспочвенны.
Впрочем, нашлись и те, кто поддержал писателя.
На слова Садулаева в том числе резко отреагировал и националистический публицист Егор Холмогоров, назвав писателя «изумительной мразью».
Изумительная мразь, конечно. Интересно, что «в лицо» он так говорить боится. Только заочно (как выглядел наш очный спор о национализме многие помнят), только по человеку, который перенес тяжелейшее заболевание, слаб, уязвим и ответить не может. А «Небо славян» — великая песня.
С самим Константином Кинчевым редакции «360» связаться не удалось.
Садулаев не первый раз попадает в центр скандала. К примеру, в 2010 году в интервью «Комсомольской правде» он заявил, что «у чеченского мужчины нет шансов удовлетворить свои сексуальные желания вне брака».
«Мужчин при виде женщин начинает мелко трясти, особенно тех, кто не выезжает в Россию. Это грозит расцветом гомосексуализма», — сказал писатель, рассуждая о Грозном.
Высказывания публициста вызвали споры в обществе. К примеру, глава Чечни Рамзан Кадыров назвал писателя шизофреником. «Такого писателя у нас нет, во-первых. А во-вторых, он если вот такие вещи пишет, он не чеченец и даже не мусульманин, даже не человек», — заявил Кадыров.
Патриоты спорят о песне «Небо славян»
Песня Константина Кинчева «Небо славян», несомненно, тянет на неофициальный гимн России (неофициальные гимны существуют у многих стран и они потому и неофициальные, что не во всем политкорректны), пишет публицист Егор Холмогоров, давая подробный разбор песни в ответ на обвинения писателя Германа Садулаева, который уличил Кинчева в нацизме, фашизме, расизме и ксенофобии.
Старая песня бессменного лидера группы «Алиса» Константина Кинчева неожиданно привела к настоящей разборке патриотов в соцсетях. По мнению писателя Германа Садулаева – композиция мерзость и ксенофобский выпад. С ним соглашается актер Иван Охлобыстин и спорит публицист Егор Холмогоров. По словам последнего Кинчев создал краткую поэтическую формулу русского национального мифа и неофициальный гимн русских.
«Абсурдными выглядят претензии разоблачающего Кинчева писателя Садулаева к «ярму басурман». Конечно, быть в России писателем это не значит знать хорошо русскую словесность и значения русских слов. Современная российская литература вся вышла из «стремительного домкрата», а журналистика увивает своим плетением словес стрелку осциллографа», – пишет Холмогоров.
«Кинчев говорит о «ярме басурман» не в специальном, а в общем значении, говорит о ярме иностранства и иностранщины – основной духовной болезни нашей элиты и интеллигенции вот уже не первую сотню лет.
Будь писатель Садулаев поначитанней, он бы вспомнил, к примеру, повесть классика второго ряда русской литературы Ивана Лажечникова «Басурман». Вся нелепость упреков в расизме и ксенофобии, адресованных Кинчеву совершенно очевидная из следующих строк: «но в наших венах, кипит небо славян».
Из этого образа совершенно очевидная неприменимость к автору текста упреков в «национализме крови». Кровь – красная. А небо — голубое. Если в наших венах кипит небо, то речь не о плотском, а о духовном родстве, о проникающей в саму плоть духовной природе, небесном призвании, о котором так много уже сказал Кинчев в первом куплете, как и во многих других песнях («я иду по своей земле к Небу которым живу»).
Именно эта духовное субстанция, духовное призвание, и должны кипеть в крови истинного славянина по представлениям великих славянофилов как Ф.И. Тютчев, И.С. Аксаков, Н.Я. Данилевский, Ф.М. Достоевский, которые все более решительно подчеркивали, что славянство это, прежде всего не кровь, не племенное начало, племенное понимание роднило бы нас, к примеру, с пронизанной русофобией Польшей. Славянство это прежде всего дух – дух церковный, православный, дух культурный, связанный с развитием византийского и русского начала, дух государственный, связанный с Россией.
Именно это родство славянского духа, «небо славян в венах» и переживается в кинчевской лирике как основа уже природного единства. Мы – братья по той небесной крови, которая кипит в каждом сыне русской цивилизации. Именно в такой логике, а не наоборот», – заключает Холмогоров.
Между тем, остаются непонятными причины внезапных претензий Германа Садулаева Константину Кинчеву. При прочтении его «открытого письма» возникает впечатление, что у Садулаева наступил кризис жанра. Что делал или где был Садулаев с 2003 года? Ведь именно тогда появилась песня Кинчева «Небо славян», к которой, внезапно, в 2017 году у Садулаева появились претензии. Ну что же, ждем разноса других музыкальных произведений! Дерзайте, Герман!
http://kolokolrussia.ru/novosti/patriot-sporyat-o-pesne-nebo. 
Понравилась статья? Подпишитесь на канал, чтобы быть в курсе самых интересных материалов
Что значит небо славян
Войти
Авторизуясь в LiveJournal с помощью стороннего сервиса вы принимаете условия Пользовательского соглашения LiveJournal
Написал подробный построчный разбор «Неба славян» в ответ на новиопские бредни Садулаева. Эта песня, несомненно, тянет на неофициальный гимн России (неофициальные гимны существуют у многих стран и они потому и неофициальные, что не во всем политкорректны).
Но по сути Кинчев создал краткую поэтическую формулу русского национального мифа. Это-то и бесит вражин.
Политкорректное «тестирование» русской версии национальной памяти России, с попытками запретить вспоминать об иге и освобождении от Орды, попытки подменить совершенно ясный образ эпохи в нашем национальном сознании на новосконструированные в ХХ веке мифы – всё это весьма небезобидно
«Семя орды», как видим, точит наше общество и до сих пор, а Садулаев зачем-то взялся работать точильщиком.
Еще абсурдней выглядят претензии разоблачающего Кинчева писателя к «ярму басурман». Конечно быть в России писателем это не значит знать хорошо русскую словесность и значения русских слов. Современная российская литература вся вышла из «стремительного домкрата», а журналистика увивает своим плетением словес стрелку осциллографа.
Но, все-таки, прежде чем писать «Бусурмане – это мусульмане, Костя, я знаю» можно было бы заглянуть в словарь живого великорусского языка В.И. Даля и прочесть, что «собират. неверный, нехристианин; особ. мусульманин, а иногда всякий неправославный; всякий иноземец и иноверец, в неприязненном значении, особенно азиятец или турок». Другими словами «басурман» – это для русской словесности любой иноверец или иностранец. Да, оно применяется в особенности к людям с востока, но не исключительно и не преимущественно.
Тот же Даль приводит пословицу: «Наши бары за морем басурманятся, а домой воротятся, свое и не любо». Видимо, по логике Садулаева, русские крестьяне жаловались, что бары ездят за три моря на хадж. Но ничего подобного, речь идет о карлсбадских водах, парижских туалетах и прочем, избавиться от чего призывал Грибоедов, «чтоб умный, бодрый наш народ, хотя по языку нас не считал за немцев».
Будь писатель Садулаев поначитанней, он бы вспомнил, к примеру, повесть классика второго ряда русской литературы Ивана Лажечникова «Басурман» (я прочел её лет в двенадцать). В этой повести речь идет о похождениях лекаря Антона Эренштейна, приехавшего из Италии времен Возрождения. То есть отнюдь не мусульманина.
Разумеется Кинчев говорит об «ярме басурман» не в специальном, а в общем значении
Говорит о ярме иностранства и иностранщины – основной духовной болезни нашей элиты и интеллигенции вот уже не первую сотню лет. Именно это ярмо тяготит нас и внешне, когда за заботу о нашей собственной земле против нас вводят санкции, и внутренне, когда мы сами жертвуем развитием, идентичностью, чувством самоуважения ради очередного гаджета или словесной фитюльки. Перестать басурманиться, выйти из под ярма – несомненно самая актуальная задача для русской цивилизации, что так точно и выразил Кинчев.
Вся нелепость упреков в овинизме, расизме и ксенофобии, адресованных Кинчеву совершенно очевидная из следующих строк: «но в наших венах кипит небо славян». Из этого образа совершенно очевидная неприминимость к автору текста упреков в «национализме крови». Кровь – красная. А небо — голубое. Если в наших венах кипит небо, то речь не о плотском, а о духовном родстве, о проникающей в саму плоть духовной природе, небесном призвании, о котором так много уже сказал Кинчев в первом куплете, как и во многих других песнях («я иду по своей земле к Небу которым живу»).
Именно эта духовное субстанция, духовное призвание, и должны кипеть в крови истинного славянина по представлениям великих славянофилов как Ф.И. Тютчев, И.С. Аксаков, Н.Я. Данилевский, Ф.М. Достоевский, которые все более решительно подчеркивали, что славянство это, прежде всего не кровь, не племенное начало (с этим племенным толкнованием панславизма энергично спорил К.Н. Леонтьев), племенное понимание роднило бы нас, к примеру, с пронизанной русофобией Польшей. Славянство это прежде всего дух – дух церковный, православный, дух культурный, связанный с развитием византийского и русского начала, дух государственный, связанный с Россией (вспомним Тютчева: «вам не прощается Россия – России не прощают вас»).
Именно это родство славянского духа, «небо славян в венах» и переживается в кинчевской лирике как основа уже природного единства. Мы – братья по той небесной крови, которая кипит в каждом сыне русской цивилизации. Именно в такой логике, а не наоборот.
